Слово «дальтоник» ассоциируется у меня с абстрактными персонажами школьных анекдотов про дистрофиков и чукчей. Между тем, по разным данным, 7—10% мужчин и 0,4—0,5% женщин не различают некоторые цвета. Это значит: каждый двенадцатый мужчина и каждая двухсотая женщина. Такие цифры любят приводить каждый раз, когда разговор заходит о цветовом кодировании информации или о ее всеобщей доступности (accessibility). Я не разбираюсь в статистике, но если у вас больше пятидесяти знакомых мужчин, здравый смысл подсказывает, что среди них должен найтись хотя бы один, который не различает какие-то цвета. Вы о нем знаете?

Я — нет. Сначала я подумал, что это, наверно, я. Мало ли как я приноровился жить в цветном мире? Но гипотеза не подтвердилась: все найденные тесты на нарушения цветового зрения я хоть неуверенно, но прохожу. Значит, это кто-то из вас!

Неужели люди стыдятся своей неспособности различать цвета и скрывают ее? Это было бы странно. Я бы то и дело о ней упоминал: ругался бы на дизайнеров, которые не дублируют цветовое кодирование важной информации другими средствами. Подсчитывал бы, сколько и каких дальтоников достаточно собрать в одном месте, чтобы они могли различать все цвета. Интересовался бы, как дети реагируют на то, что взрослые называют один цвет двумя разными словами, причем непонятно, когда надо использовать одно, а когда другое. Какие теории они создают о том, что называется красным, а что зеленым, и почему. Это же такая интересная тема!